Среда, 18.10.17, 17:36
Главная » Статьи » Статьи и интервью

Женская Доля. 93-й год. ОЧЕРК

ОЧЕРК

Женская  Доля.  93-й   год.


                                                                                                                        Светлой                                                                               Памяти  моей  первой  учительницы,
                                                                                Дидковской  Александры Филаретовны,              
                                                                                                     посвящается…


Помните, как  у  Н.А.  Некрасова:  «Доля  ты  русская, долюшка  женская… Вряд  ли  труднее  сыскать…».

В  нашем  случае,  эти  слова  в  самую  точку, в  самое  сердце…Были  и  есть  на  свете  люди, были, есть  и  будут  учителя.  Многих  знал  и  видел, со  многими  вместе  работал.  Сам  преподавал  многие  годы  в  Госуниверситете.  Имею  какое-то  право  давать  определенные  оценки  тем, кто   выбрал  нелегкий, а  сегодня  и  неблагодарный, путь  педагога.  Прямо  скажу  -  есть  люди  -  учителя,  а  есть   еще Учителя –Люди. Вот  об  одном  таком  Учителе,  нашем  земляке- слободзейце  и  пришла  пора  рассказать.  Педагоге  из  обоймы  главного  калибра, который, собственно  говоря,  всегда  формировал  фундамент  всего  школьного  образования, то  есть, учителе  младших  классов.  Именно  эти  люди  закладывают  в  души  и  разум  детей  не  только  первичные  знания    по  отдельным  предметам  школьной  программы, начиная  с  первой  буквы  алфавита  и   написания   первого  слова,  а  и  впервые  открывают  ребенку  двери  в  мир  жизни.



Учителям  начальных  классов  во  много  раз  тяжелее  работать  с  детьми, чем  учителям - предметникам. Им  приходится  заполнять  внутренний  мир  каждого  ученика  буквально  с  нуля. Уже  начиная  с  4-5  класса,  дети  не  задают  жизненных  вопросов, типа  -  почему  вода  в  речке  течет  или  солнце  всходит  и  заходит, а  соль  соленая, а  сахар  почему  сладкий…Все  это  они  уже  «узнали»  в  начальной  школе  и  пришли  в  старшие  классы  подготовленными.
Коэффициент  полезной  отдачи  преподавателя  младших  классов, в  силу  таких  обстоятельств, конечно  выше. Даже  не  по  обязанности, а  по  сути.  С  обязательным  присутствием определенной  доли  нежности.  Если  работать  с  рассадой  овощных  культур  и  многолетних  насаждений,   приходится   больше  с  нежностью  физической, то, работая   с  «рассадой»  человеческой, коей  являются  ученики  младших  классов,   не  обойтись  без  нежности  душевной, сердечной, если  хотите.  И  каждому  в  отдельности, вложить  частичку  себя.  Не  всем  это  дано  (вложить), значит,  не  всем   выпало  и  получить…
Мне  повезло…66  лет  назад, 1  сентября  1947  года,  я  пришел  в  1-й  класс  Слободзейской  средней  школы  №2  и  впервые   увидел  ее, …свою  первую  учительницу,  Александру  Филаретовну  Дидковскую. Вижу  тот  день  и  сегодня:  молодая, красивая, большая  (мы-то  все  маленькие), светлые  волосы  длинными  такими  локонами, строгая  на  вид…
Признаюсь,  момент  первого  знакомства, мне  запомнился  на  всю  жизнь,  а  вот  обратное  действие  -  какими  мы  ей  показались  при  этом, мне  представилось, только  сейчас, когда  уже  ни  учителя, ни  многих  одноклассников  нет  на  свете. Я  представил  себе, какими  она  увидела  нас… Нас, родившихся  до  войны, нас, оставшихся  в  живых, после  трех  лет  вражеской  оккупации   и  страшнейшего  голода,  в  зиму  1946-47  годов. « Обтянутые   кожей  кости  , большая  голова  и   огромные  глаза « (  это  она  обо  мне, первокласснике, запомнила)  и  жадность  к  знаниям».  Да, для  нас  школа  тогда,  была  окном  в  мир.  Дома -  ни  одной  книжки  и, хотя  я  к  школе  умел  уже  читать  -  читать  было  нечего, а  интересно.  
Мама  моя  тогда  работала  в  райисполкоме,   ныне  старом  двухэтажном  здании, рядом  с  бывшим  сельсоветом  на  молдавской  части  села. Там, в  подвале, располагалась в  то  время  редакция   районной  газеты  «Каля  сталинистэ» (Сталинский  путь).  Как-то мне  редактор  подарил  новогодний  номер  газеты  (под  1947  год), вот  я  и  читал  этот  номер  восемь  месяцев. До  самого  начала  учебного  года.  Газета  вся  истерлась, а  я  берег  ее  от  приходящих  взрослых, чтобы  на  курево  не  порвали. Я  это  к  тому, что  в  школу  мы  шли  с  охотой  и тем, кто  умел  читать -  разрешили  брать  книги  из  школьной  библиотеки. Это  было  здорово.



Наш  первый  класс –А,  хотя  был  для  нее  первым  с  начала  до  конца, то  есть  на  весь  начальный  цикл  -  4  года, но  до  нас, она  и  другие  преподаватели, «подтягивали»  бывших  довоенных  учеников, на  период  войны  оторванных  от  школы.  Кто  закончил   один-два-три класса  да  начала  войны  - начиная  с 1944  года -  доучивали  до  4-х  классов. Тогда  это  был  обязательный   образовательный   уровень. Без   4-х  классов-  не  брали  даже  в  армию.  Вот  и  ходили  великовозрастные  ребята  в  младшие  классы. Дядя  мой, например,  ходил  в 4-й  класс  , когда  я  пошел  в  первый, но  мне  было   7  лет, а  ему – 18…Как  доучивали  довоенных  школьников -  это  отдельная  тема. Не  было  у  них  ни  парт, ни  книг.  Писали  на  полях  газет, на  вырванных  чистых  листах  из  довоенных  тетрадей, сшитых  нитками.  Не  было  ничего, ни  тепла, ни  света, ни  еды,  ни  одежды…

Несколько  прибывших  учителей  с  разных  мест, разребали  все  эти  «завалы».  Среди  них  и  молодая  чета  Дидковских,   Евгений  Иванович  и Александра  Филаретовна.  Офицер-фронтовик, Евгений  Иванович,  был  назначен  директором  школы  (того, что  от  нее  осталось), Александра  Филаретовна, стала  учительницей  младших  классов. Он  по  крупицам  собирал  школу  по  большому  счету, она  ковала  ее   фундамент, ибо  без  начального  образования  не  могло  быть  у  школы  будущего.  А  до  этого  - он  был  на  фронте,  а  она  три  года  мыкалась  с  годовалым  ребенком  по  оккупированной  врагом  Украине…

Я  даже  никогда  не  спрашивал  у  нее, как  она  жила  в  годы  оккупации, так  как  моя   мать  прошла  точно  такой  путь. И не  дай Господь кому-то  его  повторить…

Довольно  долго  семья  Дидковских  жила  при  школе. Это  было  очень  неудобно  со  всех  сторон. Даже  белье  приходилось  после  стирки  вывешивать  по  ночам, в  школьном  же  дворе.  Получалось  так, что   они  находились  в  школе  круглосуточно -  и  работали  и  жили.  Был  у  них  единственный  сын, Володя, мой  ровесник  и  одноклассник.  Ему  в  нашем  классе  было  труднее  всех. Мама-учительница  сразу  и  на  все  4  года, посадила  его  на  первую  парту, рядом  со  столом  учителя.  Была  у  нее  довольно  солидная   дубовая  указка, она  почти  постоянно  держала  ее  в  руках  и  довольно  часто  Володя, попадал  в  сектор  деятельности  этой « указки»… Учительница  никогда  никого  той  указкой  не  трогала, кроме  сына…Он  принимал  «указания»  за  нас, за  всех , все  4  года… По  учебе  мы  вдвоем  шли  ровно. Конечно,  у  меня  условия  и  возможности,  были  похуже, но  учился  я  легко  и  с  интересом. Учительница  это  понимала  и,  зная  мой  энергичный  характер, на  все  эти  годы, отправила  меня  на последнюю  парту, подальше  от  греха.  Володя  моему  месту  очень  завидовал, но  ничего  изменить  не  мог, пока  мы  не  перешли  в  5-й  класс.

Для  Александры  Филаретовны, мы  были  как  родные  дети.  Даже  среди  нас,  обездоленных  судьбой  в  целом,  были  дети, где  в  семье одна  мать  и  двое-трое  детей  еще. Сам  видел, особенно  в  первые  годы,  как  она  на  перемене,  шла  к  себе  в  квартиру  и  вела  мальчика  или  девочку, чтоб  чем-то  подкормить,  или  во  что-то  приодеть.  То  какой-то  пирожок  ткнет  кому-то  в  руку  или  кусочек  хлеба  с  подсолнечным  маслом, то  еще  что-нибудь.  Она  видела, кому  совсем  плохо  и  старалась  как-то  незаметно  (мы  были  голодные, но  гордые!), чем-то  помочь.

Оживала  страна,  оживали  и  мы, дети  войны.  Пролетели  4  года.   Мы  все  перешли  в  5-  й  класс, а  Александра  Филаретовна,  опять  приняла  1-А  класс, чтобы  снова  наполнить  уже  новых  ребят  своими  знаниями, добротой, заботой  и  лаской.  И  так  повторялось десяток  раз.  Всю  ее  отданную  детям  (читай  людям) жизнь. Возможно  кому-то  это  покажется  неинтересным,  однообразным  и  утомительным, но  она  так  не  считала, да  и  все  такие , как  она, подвижники, тоже… Кроме  упомянутой  семьи  Дидковских, уже  в  старших  классах, меня  учили  -сестра  Евгения  Ивановича – Анна  Ивановна  Дидковская  и  ее  муж, Василий  Федорович  Копай-Гора.  Позже, в  начале  пятидесятых, на  работу  в  школу  пришла  и  их  младшая  сестра – Галина  Ивановна  Дидковская.  Более  сотни  лет  династия  Дидковских   держала  высокую  марку  учителя  в  нашей  школе.  Они  были  Учителями  и  людьми  с  заглавной  буквы.  И  именно  при  них,  было  построено  новое  здание  школы, а  сама  школа  прочно  вошла  в  разряд  лучших  в  районе.

В  1954  году  -  я  уехал  поднимать  целину  в  Казахстан. Приезжая  в  отпуск, узнавал  новости, в  том  числе  и  по  семье  Дидковских.  Евгений  Иванович  и  Александра  Филаретовна,  так  и  работали  в  нашей  школе.   Построили  новый  дом, красивый, просторный, в  хорошем  месте, ушли, наконец , с  территории  школы  и  зажили  счастливо…
Володя  окончил   школу, потом  институт, женился, защитил  кандидатскую   диссертацию, получил  степень  кандидата  химических  наук  и  работал  в  известном  НИИ  в  Киеве.   Регулярно  приезжал  в  отпуск. Помогал и радовал  отца  с  матерью  успехами  по  службе  и  нормальной  семейной  жизнью…

После  22  лет  отсутствия, вернулся  в  Слободзею  и  я.  Не  стал    сразу, как  говорится, лезть  в  глаза  и  напоминать  о  себе  знатным  родственникам и  своей  первой  учительнице.  После  нас  у  нее  уже  прошли  многие  десятки  выпусков, всех  и  не  упомнит.  Но  случилось  так, что  в  конце 1981  года, группу лучших пропагандистов  партийной, комсомольской  и  экономической  учебы  Слободзейского  района,  направили  в  порядке  поощрения, на  экскурсию,  в  Ленинград. В  составе  группы  оказался  я  и  Евгений  Иванович Дидковский.  Он  так  и  был  в  то  время  директором  2-й  школы.  Как-то  вечером  разговорились, я  спросил, у  него,  как  там  Александра  Филаретовна, как  Володя.  Евгений  Иванович  внимательно  на  меня  посмотрел, да  как  закричит:  « Так  это ж, Вася -  чемпион, Гурковский!?  Где  же  ты  был  эти  25  лет?».

Дело  в  том, что однажды когда  я  еще  учился  в  7-ом  классе,  мы  сидели  в аудитории, учитель  запаздывал, ну  я  и  решил  показать « класс», пока  никого  нет… Я  сказал  одноклассникам, что  прыгну  со  стола  учителя -  на  подоконник…Задом…  Там  было  довольно  далеко, «передом»  не  каждый  допрыгнет, но  я  был  тогда  чемпионом  района  по  прыжкам  в  длину, ну  а  в  школе -  прыгал  с  места  дальше  десятиклассников, поэтому  и  решил  сделать  уникальный  прыжок.  И  все  бы  обошлось,  но  именно в  тот  момент, когда  я  уже  начинал  прыгать -  открылась  дверь,  и  вошел  наш  директор, Евгений  Иванович, с  каким-то  мужчиной  (позже  оказалось, что  это  был  инспектор  РОНО…). Они  сорвали  мне  прыжок  и  я, потеряв  равновесие,  вылетел  на  улицу  через  стекло, благополучно  приземлился  на  спину,  хорошо,  что   был  первый  этаж.  Мне потом  ребята рассказывали, что  и  директор  и  инспектор,  были  сперва  в  шоке, но, подойдя  в  разбитому  окну, увидели, как  я  убегая, перемахнул  через  церковный  забор  (церковь  была  рядом)   и  непроизвольно  рассмеялись.  И  вот  через  27  лет,  директор  вспомнил  мой  уникальный  прыжок, наверно  больше  подобного  не  было.  Пригласил  меня  к  ним  домой.  По  приезду,  я  посетил  их,  пообщались, и  с  тех  пор  , все  эти  32  года, мы  поддерживали  отношения, близкие  к  родственным.  Уже  они  оба  были  на  пенсии,  жили  по-доброму. Радовались  Володиным  и  моим  успехам.

Я  регулярно  посещал  их,  чем-то  помогал  по  мелочам, они  в  большем  и  не  нуждались. Общались  с  Володей  и  его  женой, когда  они  приезжали  в  отпуск.  Они  знали  всех  моих  детей, а  потом  и  многих  внуков.  Я  брал  иногда  баян,  мы  под  него  пели  песни. Особенно  любила  мама-учительница , когда  я  пел  ей  песню  «Моя  учительница»  на  украинском  языке.  Потом  вдруг  завалили  СССР, пропали  деньги  в  сберкассе…Пережили  и  это.
 Но  судьба  уже  точила  где-то  свою  косу, нельзя  же, чтобы  все  вот  так  и  было  по-хорошему…Первый  удар  был  нанесен  по  жене  Володи…Страшные  мучения,  химия-терапия, опять  мучения  и  быстрый  конец. Володя  сразу  здорово  сдал, да  и  старикам  это  пришлось  пережить  по  полной  программе.  Но  лавина  уже  тронулась…В  конце  девяностых  заболел  Евгений  Иванович.  Сахарный  диабет, а  ему  уже  около  80-ти…Полностью  отняли  ногу…  Пять  невыносимо  тяжких  лет  он  мучился, а  рядом  с  ним,  не  менее  промучилась  жена,  а  ей  тоже  80…

Не  стало  мужа…В  доме –никого, хоть  волком  вой.  А  еще  сад-огород, а  еще  местные  бандиты, регулярно  шарят  по  чердакам и  погребам, выгребая  и  вино,  и  соления, да  все  подряд.

Что  делать?  Володя  зовет  к  себе, в  Киев, он  там  один, она  здесь  тоже  одна.  Скрепя  сердце, продала  дом  и  переехала  в  Киев.  В Слободзее,  хоть  соседи  были, с  кем-то  можно  было   словом  перемолвиться, а  в  большом  городе, на  старости  лет  -кому  ты  нужен?  Так  почти  10  лет  и  просидела  в  доме, ни  с  кем  не  общаясь.
В  письмах  ко  мне,  а  писала  она  регулярно, и   по  телефону, пока  еще  могла  что-то  слышать,  она  жаловалась  на  одиночество, на  серьезную  болезнь  Володи,  на  просчеты  власти.  Она  охарактеризовывала  всех  украинских  управителей, от  первого, до  нынешнего,  умела  это  делать  объективно  и  грамотно,  с  позиции  ветерана-государственника.  Интересовалась  моими  делами  и  всегда  называла  своим  вторым  сыном.  Уместно  напомнить здесь, что  кроме  моей  родной  матери, русской, и  матери-учительницы, украинки. меня  публично  называли  своим  сыном, где  старшим, где  младшим, еще  две  матери  -  немка  Фрида Штиль и  казашка –Кенестик  Смаилова. Искренне  горжусь  и  дорожу  этим…

Сокрушительный  удар  Александре  Филаретовне  нанесла  судьба  в  феврале  2012  года. Быстро  слег  и  ушел  из  жизни  единственный, кто  оставался  рядом -  сын  Володя… Известный  отраслевой  НИИ, где  он  работал, превратили  в  какое-то  производство  моющих  средств, науку  ликвидировали.  Болезнь  и  нервы  убили  его.

Пока  она  жила  в  Киеве, я  несколько  раз  навещал  ее,  поздравлял с  праздниками, именинами, сам  или  через  друзей  и  внуков.  После  ухода  Володи,  моя  семья  оставалась  для  нее  каким-то  светлым  пятном, но  больше  бороться  у  нее  просто  не  хватило  сил, физических.  И  она, такая  крепкая  и  несгибаемая – просто –сломалась.
93-й  год,  часто,  по  истории, был  тяжелым  годом,  в  разные  эпохи  и  разных  странах.  Не  пережила  свое  93-х  летие  и  наша  мама-учительница.  29  августа  2013  года  ей  бы  исполнилось  93.  А  она  ушла  24  января  2013  года. Это  для  тех, кого  она  выпускала  в  люди, не  один  же  я  у  нее  учился...



Таких  людей  надо  помнить, они  заслужили  это  самой  жизнью. Дидковские  -  это  целая  эпоха  в  слободзейском  образовании и  не  только  во  2-й  школе.

Чтобы  хотелось  здесь  добавить. Я  далеко  живу  и  не  знаю  всего  подробно.  Но  выскажу, что  думаю, может  оно  пойдет, как  предложение.  Вот  покоится  на  русском  кладбище    в  Слободзее  Дидковский Евгений  Иванович, 40  лет  возглавлявший  2-ю  школу, собственно, поднявший  ее  из  ничего.   Жена  и  сын  покоятся  в  Киеве.  Рядом  с  ним, похоронен  муж  Галины  Ивановны  Дидковской.  Родных  у  них  в  Слободзее  никого  не  осталось.  Может  есть  и  еще  похожие  захоронения  бывших  учителей  школы,  (да  и  не  только  нашей) за  которыми  некому  присмотреть.  Нельзя  допустить, чтобы  их  стерло  время  с  лица  земли.

Может  местным  властям  или  самим  школам, уточнить  все  эти  вопросы, да  взять  под  постоянный  контроль?  Понятно, что  все  там  будем, но  они  уже  там!!!

Давайте  не  будем  терять    лицо  перед  теми, кто  научил  нас  не  только  читать  и  писать, а  и  жить.  Пусть  не  зарастает   тропа  к  их   последним  пристанищам. Повторяю-  не  только  в  Слободзее…  А  маме-учительнице-  пусть  земля  будет  пухом! Она  научила  меня  писать,  и  я  буду  это  делать  во  славу  ее  и  других  учителей - подвижников!  Во  славу  родной  Слободзейской  земли!.

В  одном  из  интервью, ( ей  тогда  было  90, а  мне  70) , я  назвал  ее  (ДидковскуюА.Ф.) определенной, ограничительной  или  охранительной  что  ли,  дамбой, забором  - рубежом,  для  меня, так  как  пока  она  жива -  у  меня  есть  (теперь уже был)  определенный    временной   запас. Ушли  наши  родители,  и  уже  мы,  наше  поколение, к  сожалению, выходим  на  передовой  рубеж…  Дай-то,  Бог,  подольше  продержаться!…

                                                         Василий   Гурковский

Опубликовано в газете "Слободзейские вести", 13.09.2013

Категория: Статьи и интервью |
Просмотров: 1040



 
Мысли [25]
Биография [1]
Статьи и интервью [34]
Письмо В.Гурковскому Гостевая книга Видео Фотоальбомы Избранные песни Статьи и интервью Мысли Песни: слова и ноты Поэзия Проза Главная страница
 Сообщить об опечатке 
Флаг РФ           

Gurkovskiy V.A., 2010-2017

IE Chrome Firefox Netscape Opera Safari Flock
Rambler's Top100
Ваш IP адрес и броузер 54.162.105.241,